— Головой попробуй! — посоветовал я, когда он, наконец, остановился, тяжело дыша. — Все равно — деревянная.

В глазах задохнувшегося Вовки ясно читался вопрос: «Что именно деревянное?», но он не стал спрашивать, опасаясь услышать вполне логичный ответ: «голова».

Следующие полчаса мы сидели на жутко твердом полу, мрачно уставившись в потолок. Вовка периодически предлагал самые неимоверные способы, как выбраться из этой комнаты. Был тут и «Пробить стенку, раз дверь — не получается», и «найти где-нибудь веревку, сделать вид, что мы повесились, а когда они удивятся — набить им морды!!!», и еще много чего столь же безумного.

Наконец, я не выдержал его монотонного бубнения и предложил поиграть в «города» (господи, как есть хочется!). Еще через полчаса, когда Вован на слово «Махачкала» сказал: «Арёл», и посмотрел на меня так, что я не решился поспорить, — я понял, что и эта идея изжила себя…(и как эти женщины сидят по неделе на диете, состоящей из стакана воды?!)

И вдруг до меня дошло… Дракула утверждал, что в пистолете — серебряные пули. Значит, необходимо либо что-то стальное, либо — достаточно толстое и плотное в качестве изолятора… Идея с чем-то плотным отпала через несколько секунд, после того, как Вовка, обмотав ладонь рубашкой попытался схватиться за решетку. А стального у нас ничего не было…

Правильно говорят: сделал гадость — на сердце радость… Теперь, по крайней мере, рука была обожжена не только у меня…

Вовка махал ладонью как веером, а потом внезапно замер и спросил:

— Андрюх, а как ты думаешь, мы бессмертные?

Вопрос был настолько неожиданным, что я замер, не зная, что ответить, а потом выдавил:

— Э-э-э… Наверное, да… Он же спрашивал, хотим ли мы стать бессмертными…