— Слава богу, жива.

Потом он осторожно оттащил ее от входа и подошел ко мне:

— Ну? Что будем делать?

— Вешаться, — буркнул я.

— Веревки нету, — вздохнул он.

— Значит, придется придумывать что — то еще…

— Андрюх, вот скажи, — перебил он меня, — мы не боимся солнечного света, а до серебра прикоснуться не можем… Мы вампиры или нет?

— А черт его знает, — вздохнул я.

Вовка хмыкнул:

— По закону американского мультфильма, в том дальнем углу сейчас должно появиться нечто рогатое, сообщить: «я все знаю, но ничего не скажу!» и исчезнуть…

В его голосе было столько уверенности, что я невольно покосился в дальний угол. Естественно там никого не было. Жаль…

Интересно, не слишком ли быстро мы приходим в себя?

Некоторое время мы сидели молча, а потом Вовка сказал:

— Андрюх, слышь, принеси мне воды, а? А то пить хочется, жуть…

Я хотел, было, возмутиться, что я ему, водоносом нанимался?! Но потом смерил взглядом Вовку и, развязав с пояса рубашку, деланно любезно поинтересовался:

— Тебе что? Воротник или рукав?

— Чего?! — поперхнулся Вовка.

— Ты идиот или просто притворяешься?

— Идиот, естественно. А в чем дело?

Я вздохнул:

— Ты здесь стакан или кружку видел?

— Но ты ж в чем — то принес воды, чтоб облить меня!

— Рубашку я на тебя выкрутил. Ру-баш-ку. Так из чего будешь? С рукава, с воротника?

— С ладошек! — буркнул Вован, вставая на ноги.

Он минут десять чем — то звякал и гремел в ванной, а когда, наконец, вышел из нее синяк под глазом уменьшился раза в три…

— Андрюх, а ты знаешь, что мы не в нашей комнате?

— в смысле? — не понял я.

— В прямом. Здесь раковина на месте.

И в этот момент девушка открыла глаза и медленно села.